XI

Лежал убитый как живой, на первый взгляд
он смерть преодолел: все жило в нем, дышало
и на губах еще застенчиво дрожало
касанье губ чужих. Одна душа
медлительно и твердо умирала.

Где номер твой, солдат? Истерся в прах!
А где любовь? Растратил до гроша!
Солдат, где пуля? Как и ты, мертва!

И, как живой, желудок все бурчал,
но понапрасну, ведь душа слабела.
Постойте! Вслушайтесь! Ведь в этом теле
жизнь теплится еще, хоть слаб накал.

Но тут друзья оплакали солдата,
Установили смерть – и чиркнули две даты!